Хмильи ещё не было. Но вскоре дверца кареты открылась и, к моему изумлению, ко мне села не моя служанка, а его величество. Монарх Рамании удобно разместился напротив, и карета тронулась.

— Где Хмилья? — обеспокоенно спросила я.

— Я поручил её одному из своих воинов. Она будет проходить порталы вместе с ним, а пока же… до трактира она проедется в другой карете, с моими людьми, мне нужно немного отдохнуть от езды верхом.

— И что же вам помешало отдыхать в своей карете? Ваше величество, это ведь почти неприлично…

— Зато безопасно, — резонно возразил король и сказать на это мне было нечего.

С таким аргументом даже отец бы согласился. К тому же он король, ставленник богов, так кто посмеет оспаривать его право ехать в любой карете этого мира? Пожалуй, только те, кто равен ему по положению, в данном случае лишь мой отец, а он бы, наоборот, поддержал. Придётся умолкнуть и смириться.

— Вы ведь тоже видели эти щупальца, — начала я, передёрнув плечами, вспомнив это неприятное холодящее чувство. — Это тьма.

— Тьма, — внезапно спокойно согласился его величество. — Поэтому в следующие переходы пойду с тобой. Больше не отпущу одну.

Я стушевалась, растерянно глядя на короля.

— Неужели вы не понимаете? Это же тьма! Она поглотит наш мир!

Мои слова не произвели на Максимилиана необходимого эффекта. Он продолжил молча взирать на меня, пока в итоге не вздохнул и не подался вперёд, опершись локтями на колени и скрестив ладони под подбородком.

— Купава, отец тебе не говорил, что есть вещи, которые мы не в силах изменить или предотвратить?

Не говорил? Да он постоянно это повторяет! Но я с этим категорически не согласна. Мы сами вершители своей судьбы, мы способны изменить многое, было бы желание. И судя по всему, ни у отца, ни у короля Рамании его нет. Я нахмурилась и сложила руки на груди, откинувшись на спинку дивана.

— Вы несправедливы. Я ведь видела, что вы были в портале, ваша сила… она выходит за рамки моего понимания. И тогда, на озере… вы спасли меня от щупалец тьмы.

— Не я, а чешуйка, — поправил он.

— Какая разница! Вы — архимаг, так почему не хотите даже попытаться что-то исправить?

Теперь Максимилиан вновь вздохнул и провёл ладонью по лицу, словно устал разговаривать с неразумным ребёнком. Это обижало.

— Ты знаешь, как появляется тьма?

— Ёрик… то есть фейри, выяснил, что это происходит из-за столкновения миров, и если их вовремя не отодвинуть, то может произойти катастрофа. Например, как с драконами — они просто исчезли, ушли.

— Ушли, — кивнул Максимилиан. — Не по собственной воле, а чтобы восстановить баланс силы и отодвинуть миры. Ты понимаешь, почему миры сближаются? — Его величество сделал несколько пассов руками и в воздухе возникли три иллюзорных шарика — синий, жёлтый и фиолетовый, расположенных на одинаковом расстоянии друг от друга. — Представим, что это — миры. У каждого есть своё место в мироздании, и они удерживаются на этом месте за счёт магии — особых волн между мирами, магия отталкивает миры друг от друга и защищает каждый от тьмы вокруг. Но иногда, — Макс дотронулся до синего шарика, и по нему пошла рябь, а потом он и вовсе сдвинулся, — иногда в определённом мире происходит дисбаланс магии. Возможно, что излишки магии перестали находить пространство для всплеска, родилось слишком много магов с внутренним источником или резервы возросли — например, сейчас количество людей, населяющих наш мир, с момента ухода драконов увеличилось в два раза. И количество магов, соответственно, тоже. Внутренней магии стало слишком много, она начала конфликтовать с внешней, что удерживала наш мир на своём месте. И теперь мир покатился в сторону других и соприкоснулся с одним из тех, где магии намного меньше, — теперь синий дотронулся до жёлтого и между ними начали образовываться трещины, — так поддерживается баланс. Но из-за трещин между мирами внутрь проникает тьма.

— И эта тьма хочет поглотить сильнейшую магию?

— Пока, судя по всему, она нацелена на фейри.

— И вы не собираетесь им помогать?

Вопрос Максимилиан посчитал риторическим. Минут десять мы ехали в тишине. Я всё пыталась осознать, что информация, которую я добывала с таким трудом, опуская Призмы на дно озера, была уже кое-кому давно известна. Интересно, и насколько велик этот круг знатоков?

— Почему об этом не говорится в учебниках или в научных трудах?

Максимилиан перевёл на меня усталый взгляд, видимо, расстроенный, что я до сих пор не отпустила эту тему, и всё-таки ответил:

— В учебниках — потому что паника никому не нужна, а в научных трудах… говорят, но в закрытом доступе. В очень закрытом. Буквально для правителей и приближённых, сильнейших мира сего.

— Отец тоже знает?

— Наверняка, — пожал плечами Максимилиан и откинулся на спинку дивана. — Так что не лезь в это дело, Купава. Это всё намного сложнее, чем ты думаешь, и настолько неизбежно, что…

— То есть фейри придётся перейти в другой мир, чтобы сохранить наш?

— Или им, или кому-нибудь другому. Иначе тьма поглотит их, тогда баланс восстановится, миры оттолкнутся друг от друга.

— Почему отец не прикажет им уходить в другой мир? — в отчаянии спросила я.

Максимилиан усмехнулся и внимательно посмотрел на меня. Я же осознала…

— Он хочет пользоваться их пыльцой, увеличивая своё богатство, пока это возможно, — пробормотала я, порадовавшись, что испуганный Крепыш спит. — Но это неправильно!

— Никто не может его винить. Он думает о своём народе. Бриоль — маленький, без должной поддержки ему не выстоять, когда он потеряет своё магическое преимущество. А богатства, скопленные за тысячи лет, прельщают очень многих.

— И вас? — насупившись, уточнила я.

— Я похож на того, кому интересны золото и артефакты твоего отца? — оскорблённо вздёрнул бровь Максимилиан.

— Но вы так уговариваете меня на брак с вами… Мотив отца понятен, но ваш… Другой причины не вижу.

Владыка Малоземья посмотрел на меня внимательно, даже собирался что-то ответить, но передумал, отвернувшись к окошку. Мне тяжело было признать и тем более принять позицию отца. Он хочет продать меня замуж повыгоднее, но ради своего народа. Он пользуется фейри, но… опять ради своего народа. Оказывается, справедливость намного более сложное понятие, чем я думала прежде.

— Что же тогда делать?

— Учиться, Купава. Учиться в академии и послушать взрослых — не лезть в это дело. Тьма не твоя забота.

Я нахмурилась и отвернулась к окошку. Там уже солнце клонилось к горизонту, а деревенские домики на этом фоне выглядели ещё более сказочными и прекрасными. Мне нравилось путешествовать и только сейчас я в полной мере это осознала.

Но неужели, чтобы жить счастливо, я должна на погибель отправить фейри?

— Не волнуйся, Купава, — всё-таки решил успокоить меня Максимилиан. — Уверен, что твой отец не допустит, чтобы фейри погибли от щупалец тьмы. Когда наступит критический момент через пару лет, он обязательно всё расскажет им и отправит в другой мир.

— Вы так говорите, будто это легче лёгкого.

— Король Бриоля — умный и рассудительный, у него есть хорошие маги на службе и, не сомневаюсь, они уже занимаются этим вопросом. Это не твои заботы. Твоя забота — учиться.

— Поэтому он отправил меня подальше.

— Он отправил тебя ко мне, — хмыкнул Максимилиан. — В полной уверенности, что ты передумаешь и скоро мы сыграем свадьбу.

— Неужели? — вырвалось у меня и я тут же приложила ладонь к губам, опустив глаза. — Извините, забылась.

Купава, следует следить за своей речью! Я же с королём разговариваю, что я себе позволяю? Просто рядом с Максимилианом легко забыться. С ним я чувствую себя… комфортно?

— Мне нравится твоя открытость, — ухмыльнулся он. — Мы поладим.

С шовинистом? Ни за что.

Я резко проснулась и села на кровати, взглянув в окно — за полупрозрачными занавесками всё ещё властвовала ночь. Занавески колыхались, видимо, окно было открыто… не помню, закрывала ли я его на ночь?