— Моя судьба для тебя такая простая штука, — зло отозвался я. — Какое ты право имеешь вмешиваться в нашу жизнь? Возомнил себя вершителем судеб? Оракулом? Кем?

— Другом. И братом. А ещё — сыном, — спокойно произнёс Эбб. — Ты ведь понимаешь, кто совершает покушения на твоего отца? Это сумасшедшие фанатики, сектанты, считающие, что нужно избавиться от королевской семьи, тем самым утихомирить стихию, и она отступит от наших земель. Они не остановятся, пока не убьют последнего в роду Эрленд. Я не желаю для тебя такой судьбы, Вейлан. Тем более я верю в эту девчонку. Ты видел себя, когда встретил её? Переменился в мгновение ока. Ты стал другим. Думаешь, природа настолько глупа, что столкнула тебя с ней? Она — твоя истинная! И если у судьбы есть чувство юмора, то и сердце тоже есть.

— Как раз судьба и не наградила Рику огнём, чтобы мы смогли быть вместе. Но ты всё испортил.

— Или дал шанс всему Стенфриду! — горячо воскликнул Эбб и взмахнул руками. — Оглянись! Лёд захватывает все больше территории. Нам нужен огонь. Нам нужно тепло. И принцесса Раманская — и есть то самое тепло, Вейлан. Она снимет проклятие. Я верю.

— А если нет? — тихо прошептал я. — Я возненавижу тебя, Йостен.

— Я готов к этому, — хмыкнул он и отступил. — Лечись. Я не позволю забрать твою истинную. Но, пожалуйста, возвращайся здоровым. Ты нам нужен.

Душу раздирали сомнения. Но я понятия не имел — как будет правильно.

Аэнрика Раманская

— И что там произошло? — уточнил отец нарочито спокойно, но я видела, как в его глазах бушевало пламя.

Разве я могла полагать, что какой-то Стенфридский защитный контур его остановит? Первый раз не остановил и вот — второй. Только теперь отец явился не один.

Рядом стоял хмурый Данияр. Его раманское высочество был более импульсивен, чем отец, поэтому сейчас нервно переминался с ноги на ногу, будто готовый сорваться и… Если честно, я не знаю, на что способен старший брат. Сильнейший из огненных драконов, его дар намного выше, чем у отца, и сейчас пламя бежало по его рукам от тревоги.

— Это была ловушка, — произнесла тихо, вжав голову в плечи. — Но всё в порядке! Обошлось. Мы оба живы. Вейлан прикрыл меня собой и из-за этого его крыло…

— Крыло? — уточнил Яр и вопросительно взглянул на нашего отца. — Я чего-то не знаю?

Его Величество смотрел на меня внимательно, ожидая пояснений, а я поняла: его не удивили мои слова. Он уже знал, что Вейлан — дракон! Но откуда?..

Вспомнилась поимка Эрингского Монстра. Тогда их диалог с Вейланом показался мне странным, отец, обычно непримиримый, отступил, доверил меня Инвергарду. На тот момент я не придала этому значения, но сейчас осознала: просто он узнал о сути ледяного мага и понял, кем я прихожусь Инвергарду.

Истинной. Единственной. Той, ради кого он пожертвует собой.

И лишь я не догадывалась ни о чём, сосредоточившись на ощущениях своей драконицы…

— Мы не единственные драконы, Данияр, — откликнулся Его Величество. — Я узнал об этом недавно — две недели назад, когда навещал Рику здесь, в Стенфриде. Вот только стенфридские драконы отличаются от нас самой сутью магии — они не огненные, а ледяные.

Брат присвистнул.

— И почему я узнаю об этом только сейчас? Ты уже начал переговоры с королём?

— Пока собираю информацию. К переговорам нужно быть готовым. Я планировал рассказать тебе сегодня, когда пригласил на обед.

— Значит, — заключил брат, посмотрев на меня в упор, — этот Инвергард — ледяной дракон, наследник Стенфрида и твой истинный? Есть ещё что-то, что я должен знать?

— На королевской семье проклятье, — тихо добавил отец и вздохнул, поднявшись и пройдя к окну. — Лед поглощает всех потомков Эрленд во время первой инициации дракона. Поэтому короли и королевы Стенфрида вот уже на протяжении семи веков отдают своих детей на воспитание в другие семьи.

Данияр шумно выдохнул. Подошёл ближе и взял меня за руку.

— Сестрёнка, а ты уверена, что тебе это нужно, отдавать своих детей? Ещё не поздно разорвать эту связь? — Мои глаза наполнились слезами, и брат всё понял без слов. — Дракс! Нельзя было пускать тебя в Стенфрид!

— Как я полагаю, сейчас это не единственная проблема, — продолжил отец, всё ещё смотря за кружащими снежинками за окном. Никому было не ведомо, сколько боли сейчас кипит в груди короля. — В Рике проснулся огонь, а последняя огненная магичка, кто вышла замуж за наследника рода Эрленд и забеременела от него, умерла.

Брат застыл, да и меня мгновенно прибило металлической плитой, настолько оглушительно звучали слова отца. Яр шумно выдохнул и вновь посмотрел на меня, словно ища опровержения, но… не находя его.

— Я убью его!

Яр резко развернулся, но уходить не пришлось — Вейлан сам вошёл в палату и открыто встретил взгляд Яра. Они были примерно одного роста, даже комплекция совпадала, хотя Яр был старше на пять лет Инвергарда, но всё-таки абсолютно разные. Лёд и пламень.

Две противоположные стихии, сильнейшие драконы. Если они сойдутся, то академия не выстоит!

Я тут же попробовала встать, чтобы прервать их спор, но руки отца легли мне на плечи, удерживая в постели. Король не собирался защищать моего истинного, а Данияр быстро преодолел разделяющее его и Вейлана расстояние и пригвоздил того к стене. Так легко, словно Инвергард ничего не весил. Но я понимала, что Вейлан поддался. Расслабился, опустил руки и лишь смотрел на Яра глазами, в которых вихрилась сама вьюга.

— Ты знал, что её ждёт, когда прибыл в Раманию⁈

Надо же, у Данияра работают мозги даже в этот момент. В первую очередь уточняет. Настоящий политик. Вот только мне от этого не легче. Мне не нравилось, как Яр прижимает Вейлана, и я вновь попыталась встать, но опять не позволил отец.

— Яр, отпусти его! — потребовала я. — Мы ведь можем поговорить спокойно!

— Спокойно я мог разговаривать в Рамании, до того как на тебя покушались, — рыкнул Данияр и надавил на плечо Вейлана, требуя ответа. — Я жду!

— Знал, — спокойно откликнулся Вейлан. — Но понятия не имел, что моя истинная — огненная драконица, поэтому пытался держаться от неё подальше.

— Пытался? — уточнил Яр и приложил Вейлана о стену, а я всё-таки вскочила на ноги и бросилась к ним. — Как ты пытался, если не уехал сразу же⁈ Договор между академиями⁈ Уверен, для наследника королевства не составило бы труда избежать договора! Ты сам не захотел уезжать!

Я схватила брата за руку и попыталась его оттащить, но легче гору было сдвинуть. Вейлан бы сам мог освободиться, вот только даже не пытался. Смотрел исключительно на Яра, а у меня сердце заходилось от беспокойства.

И до меня слишком поздно дошли слова брата. Вейлан… действительно знал о нашей истинности и всё равно доставал меня в академии, не давал прохода… он понимал, к чему это может привести. Я изумлённо посмотрела на ледяного мага.

— Ты ведь связан с истинной? — уточнил Вейлан, хотя уже знал ответ на этот вопрос. — Так каково тебе было бы отказаться от неё? Держаться подальше, на расстоянии? Получилось бы? — На лице брата заходили желваки, а ледяной маг продолжил: — И это при том, что твоя истинная — не драконица. Я знал, что её также тянет ко мне с первой минуты нашего знакомства, и от этого сопротивляться притяжению становилось ещё сложнее.

— Ты должен был попытаться, — рыкнул брат, но хватка ослабла. — Должен был!

— Должен, но не смог. Я дал слабину. Убьёшь? — невесело усмехнулся истинный. — Твоя сестра последует за мной — и ты это знаешь. Потому что я бы тоже не смог жить без неё. Мы связаны даже сильнее, чем ты со своей…

— Заткнись, — не выдержал Яр и ещё раз приложил Вейлана, но на этот раз я смогла протиснуться под его руку и закрыть собой Инвергарда, встав между мужчинами. — Аэнрика, отойди!

— Яр, прости, но я люблю его, — признание вылетело так легко, а руки Вейлана тут же обвили мою талию, притягивая меня ближе к нему. — И он прав. Не сможем друг без друга жить. Ритуал привязки лишь дело времени. Мы здесь, в этой точке, и двигаться нужно отсюда, а не искать решения в прошлом.