Ощущение тяжести ушло. Связь с монстром не просто ослабла — она лопнула как мыльный пузырь. И пусть мой резерв все еще был пуст, но главное — монстр не вытянет из меня жизненную энергию. Я запрокинула голову, пытаясь отдышаться.

Получилось…

Когда я в следующее мгновение посмотрела на ритуальный круг, увидела уже не монстра, а… человека. Достаточного молодого, едва ли старше Вейлана, с красными волосами и яркими голубыми глазами. Он испуганно оглядывался вокруг.

— Эринг Камая, — прошептала я, не веря своим глазам.

Камая встал на четвереньки, и… я зарделась. Мужчина был абсолютно голым. Но и отвернуться не могла — любопытно же!

— Кто… кто вы? — спросил он.

Ледяная семерка переглянулась. Отец склонил голову набок.

— Я — огненный дракон. А вы помните, кто вы?

Мужчина нахмурился, силясь вспомнить, но в итоге покачал головой. Неудивительно… полторы тысячи лет заключения в теле проклятого зверя! Амнезия — меньшее, чем он мог расплатиться.

— Думаю, вам лучше забрать его с собой, — произнес Вейлан.

— Его величество Торнбёрн не будет против? — уточнил отец.

Ледяная семерка вновь переглянулась.

— Мы уладим этот вопрос, — за всех ответил Эскиль. — О произошедшем здесь лучше не распространяться, вы не находите? Во избежание… недоразумений между нашими королевствами.

— Согласен. — Отец обратился к Камае: — Меня зовут Максимилиан Раманский. Я — король Рамании. — Взгляд Эринга оставался рассеянным, будто названия ему ни о чем не говорили. — Если вы не против, я заберу вас домой, чтобы позаботиться о вас.

— Буду благодарен, — откликнулся Камая растерянно.

А отец повернулся ко мне. Я ждала этого момента с замиранием сердца. Король повесил вокруг нас звукоизоляционный купол. И его голос звучал как приговор:

— Ты тоже едешь домой, Рика.

Сердце пропустило удар. Я собралась с силами и поднялась.

— Папа, послушай…

— Я ошибся, когда отпустил тебя сюда. Даже по меркам обычного мага ты слаба, а по меркам драконицы…

Король осекся, увидев моё выражение лица. Но слова уже сказаны, а обида — посеяна.

— Что?.. И ты туда же⁈ Сила — еще не все!

— Согласен, — тихо подтвердил монарх. — Но ты не способна себя защитить. А я поседею раньше, чем успею добраться до тебя. Сегодня я пробил купол Стенфрида и потом — защиту академии, это стоило нескольких минут промедления и бо́льшей части моего резерва. Ты представляешь, если бы ты здесь была одна, без защитников? И я бы не успел…

— Но она была не одна, — вмешался Инвергард, заранее успев зайти под купол, и внезапно задвинул меня к себе за спину. — Я бы смог ее защитить и без вашего появления. Более того — вы едва все не испортили.

Отец некоторое время сканировал его взглядом. Ругаться с тем, кто младше него более чем в два раза, он не собирался. Скорее, пытался оценить Инвергарда. Понять, насколько его слова ценны.

— Ты еще не связан с ней, чтобы давать такие обещания, — наконец вынес он вердикт.

Еще не связан… Что увидел в нем отец? Неужели тоже решил, что Инвергард — мой истинный?

— Я даю это обещание как куратор вашей дочери и один из сильнейших магов Стенфрида. Вам не о чем переживать, ваше величество.

— Я не могу доверить безопасность дочери тому, кто даже не назвал ее имя для поездки сюда. Если я не ошибаюсь, её имя прозвучало из уст Йостена Эбба.

— Это как раз причина, по которой вы можете мне доверять, — усмехнулся Вейлан. — Ведь я трезво оцениваю умение вашей дочери влипать в неприятности и понимал, сколько всего её здесь ждет. Но повторюсь: я никогда не причиню вашей дочери вреда и смогу её защитить. Вы и сами это чувствуете.

Отец засомневался. Я это ощутила и вышла из-за спины Вейлана.

— Папа, пожалуйста, позволь мне остаться. Еще хотя бы на неделю! Если за неделю ничего не случится и я смогу продолжить учебу, то задержусь еще.

— Аэнрика…

— Я ведь уже не маленькая. Когда-нибудь я улечу из родного гнезда и уже не ты будешь нести за меня ответственность, пап. Я понимаю, что как магичка ничего собой не представляю, — на глаза набежали слезы, — да и унаследовала способность мамы влипать в неприятности, но… я правда хочу найти себя и свой путь. Не хочу жить в золотой клетке.

При последних словах на лицо короля легла тень, словно он вспомнил что-то из своего прошлого. Будто ему уже говорили что-то похожее. Вздохнул. Посмотрел на Вейлана.

— Я обещаю, что защищу от любой опасности, — в который раз повторил северянин. — И не попытаюсь ограничить при этом её свободу.

Минута молчания показалась мне вечностью.

— Хорошо, — наконец кивнул отец и, преодолев разделявшее нас расстояние, порывисто обнял. Вейлан вновь оказался за пределами купола. — Ты действительно взрослая и очень похожа на мать, а я слишком часто об этом забываю. Но все равно береги себя и помни, как ты нам дорога. Ты и твой брат — наша жизнь, Рика.

Я кивнула. Приподнялась на цыпочки и поцеловала его величество в щеку, а затем отстранилась.

— И, Рика, — отец бросил короткий взгляд на Инвергарда, который все еще находился за куполом, — он не совсем тот, за кого себя выдает.

— О чем ты?..

— Не бойся его. Он действительно защитит тебя… даже ценой своей жизни. Но не удивляйся его секретам. Не могу сказать больше… мне самому теперь нужно все обдумать.

Оставив меня в полнейшей растерянности, король развеял купол и направился к Эрингу Камае. Тот стоял на ногах, но заметно пошатывался. Его величество открыл портал рядом, и они оба зашли в него.

Вейлан заинтересованно смотрел вслед его величеству.

— Он не такой, каким я себе его представлял.

— А каким ты себе его представлял? Бесчувственным героем войны?

Вейлан бросил на меня задумчивый взор, но ничего не ответил. Иней со стен начал отступать. Я почувствовала, как защитное заклинание в академии тает, а по коридору к нам спешат сотрудники тайной канцелярии во главе с ректором. Ох, а мы ведь даже не успели обсудить версию произошедшего…

Где-то в Райвиме

— Не сработало, — выдохнул он пар в морозный воздух, — но это был не единственный козырь в рукаве. Жаль, мальчишка не смог пойти наперекор тому, что я ему сказал. Но я и не надеялся: слишком он мягок.

Пещера ответила тишиной.

— Да-да, привычка разговаривать с самим собой у меня от отца. Говорят, семейная черта, — хмыкнул ледяной маг и огляделся.

Улыбнулся. Хрустальные пещеры — отличная возможность приблизиться к своей цели. Здесь нелегко устроить… скажем… небольшой магический взрыв, но зато никто не догадается, кто это сделал.

Ведь уже через две недели группу раманских студентов вместе с наследниками привезут сюда на экскурсию…

К счастью, допрашивать по отдельности нас никто не собирался. Все участники Ледяной семерки отлично дополняли друг друга и нарисовали следующую картину: монстра они усмирили, ритуал сработал, а зверь, превратившись в человека, растворился. Судя по всему — умер.

Эту версию пришлось озвучить несколько раз, и после всех отпустили, кроме… меня. Я осталась наедине с ректором.

— Ваше высочество, мне очень жаль, что вы были вовлечены во внутренние разбирательства академии и Стенфрида в целом. Скажите, как нам быть дальше? Стоит ли написать о произошедшем вашему отцу и изложить ему общую картину событий?

Я мысленно усмехнулась. Знал бы магистр, что его величество был непосредственным участником! Но по общей негласной договоренности об этом стоило умолчать. О моем-то хотели умолчать и просто не успели из-за подоспевших офицеров…

— Разве я принимала особое участие во всем этом? Я лишь была рядом с Вейланом, поэтому беспокоить короля из-за такой мелочи не обязательно.

— Вы совершенно правы, ваше высочество. К тому же, если я правильно понимаю ваши отношения со студентом Инвергардом, в обозримом будущем вы поменяете подданство.

Щеки вспыхнули румянцем. Почему все воспринимали наши отношения с Вейланом как нечто решенное? Словно мы давно были помолвлены… Но ведь это не так!