— Мы знаем, что ты не огневик. Ты универсал. Ты можешь двигаться по поверхности ночью. Ты можешь носить огонь и тьму одновременно. Ты можешь подобраться к крепостям так, как никто из нас.

— И всё равно звучит как работа курьера.

— Который может решить исход будущей войны, — холодно добавил седой.

Я посмотрел на контейнер.

— Допустим я доставлю его к первой крепости. Они попадутся. А дальше? Узнают о ловушке, предупредят остальных. Усилят охрану. Выставят отряды магистров. И что тогда?

— Это неважно. — Рыжий показал на карту. — Один заряд разрушит крепость так, что она перестанет быть угрозой. Остальные — потеряют связь и координацию. Мы добьём остатки.

— Хорошо. Тогда цена: мне нужен новый доспех. Лучший. Последней модификации.

Архимаги снова переглянулись.

— Даже у нас нет доспехов иных. Они не любят ими торговать.

— В предыдущем круге не особо сопротивлялись, когда я брал то, что мне нужно.

У рыжего дёрнулся уголок губ.

— Там был другой клан. Другие правила. Здесь — не так просто. Но мы поговорим. Если не получится — найдём чем компенсировать.

Я постучал пальцами по столу.

— Почему сами не доставите заряд?

Седой архимаг медленно развёл руками:

— Мы не успеем вернуться. Днём до крепости добраться можно, но назад — уже нет. А ночь на поверхности для огневика — приговор. Даже архимаги гибнут под открытым небом. Ты — единственный, кто может ходить и днём, и ночью.

— И вы хотите использовать это.

— Мы хотим заключить сделку.

Я поднял контейнер. Он весил немного, но вибрировал, будто внутри что-то жило своей жизнью.

— Ладно. Проводим тестовый рейс. Одна крепость.

Архимаг кивнул:

— И если справишься — продолжим.

Я развернулся к выходу, но на пороге остановился.

— Только одно уточнение. Если вы решили использовать меня как пушечное мясо — не выйдет. У меня свои планы. Выход из круга, затем из мира. Вы мне не хозяева.

Седой архимаг тяжело вздохнул:

— За последние сто лет никто не нашёл выхода.

— Я — не “никто”.

За дверью стояла рыжая девушка, та самая, что на поверхности пыталась меня подъё… по-своему заинтересовать. Сейчас смотрела настороженно, будто не верила собственным глазам.

Я ей подмигнул.

Архимаг сказал напоследок:

— Сегодня. Первая крепость. За полчаса до заката.

Я улыбнулся.

— Курьер Кирилл к вашим услугам. Но только сегодня.

И вышел, держа заряд в руке, как ключ, которым собирался открыть чью-то могилу.

Рюкзак оказался тяжелее, чем выглядел. Я уже по одному этому мог сделать вывод: внутри лежит не просто заряд, а что-то такое, что огневики сами трогают только в рукавицах и с молитвами всем своим огненным предкам. Один из архимагов лично проверил ремни, будто сомневался, что я способен правильно застегнуть две пряжки.

— Карта, — сказал он, протягивая свернутый лист. — Иди точно по ней. Здесь отмечены ходы тварей, здесь — узкие ущелья. Смотри на солнце, а не на камни. Опоздаешь на пять минут — можешь считать, что ходил просто на прогулку.

— Я люблю прогулки, — ответил я, забирая карту. — Особенно когда в конце кто-то взрывается.

Он на это не улыбнулся. Похоже, чувство юмора у них на уровне температуры лавы: если не обжигает — значит, не смешно.

Я развернул карту уже на поверхности. Красным отмечен маршрут до одной из крайних крепостей тёмных. Судя по рисунку, крепость крупная, с широким двором. Значит, и тёмных там много. Значит — взрыв будет весёлым.

Солнце уже явно клонилось к закату. Оставалось часа два, не больше. Время как раз — и не много, и не мало.

Первые же полчаса пути вокруг меня царило абсолютное согласие с моим планом. Никто не лез, никто не огрызался… пока на тропу не вылезла саламандра в половину человеческого роста. Я только вздохнул.

— Не сейчас.

Она кинулась на меня, как будто этот день был специально для неё особенным. Я отбил рывок огненным щитом, ударил в грудь теневым клинком, вырвал ядро… и с лёгким раздражением ощутил ровно ничего. Ноль. Пустота.

«Даже на голод утолить не тянет… Прекрасно. Значит, по мою душу всё, что слабее дракона, уже не подходит.»

Ядро рассыпалось пылью, словно насмехалось.

Через километр появились сразу три огненные птицы. Пришлось потратить минуту, чтобы перестать гореть. Я вырезал ядра… тот же эффект. Даже искры силы во мне не дрогнули.

— Великолепно, — пробормотал я. — Теперь мне нужны монстры уровня «помолись перед встречей».

Усиление жрало энергию стабильно и жёстко. Тело хотело больше. Намного больше. И я прекрасно понимал, что если дальше всё пойдёт такими темпами, я закончу как тот универсал — перегруженный, обезумевший и рухнувший вниз головой.

Но это было потом. Сейчас — заряд.

Подход к крепости тёмных был чем-то вроде экскурсии: вот вам огромная зубчатая скала, вот резные тени, которые сами собой слипаются у входов, вот гул, похожий на дыхание целой армии. Крепость была вырезана прямо в горе, широкая, как дворец, но при этом тёмная, угрюмая. У выхода стоял каменный вал, на котором виднелись едва заметные чёрные прожилки.

Разглядывать это хотелось меньше всего. Солнце уже коснулось горизонта.

— Полчаса. Отлично, — произнёс я вслух.

Нашёл небольшую площадку у боковой стены, снял рюкзак. На верхней крышке — металлическая панель с кнопкой и крошечным магическим прямоугольником, который сейчас был чёрным.

Я нажал.

Щёлк.

Панель ожила, дисплей вспыхнул красным:

00:30:00

— Красота, — ухмыльнулся я. — Даже секундомер есть.

Я поставил рюкзак впритык ко входу в крепость — так, чтобы даже самая мелкая тварь не могла прошмыгнуть мимо, не задев его. Активировал огненный щит, поверх него — теневой купол. Не потому что боялся взрыва — а потому что знал: когда тёмные чуют, что кто-то лезет к их дверям, они вылезают пачками.

Цифры тикали:

00:29:42

00:29:41

00:29:40

— Пора валить.

Я побежал к ближайшей расщелине. День таял буквально на глазах — тени удлинялись, воздух становился холоднее, а рядом всё чаще мелькали тёмные силуэты, словно стены крепости оживали. Они ещё не могли выйти — солнце держало их внутри.

Но стоило зайти ночи…

Я ускорился, чувствуя, как сердце стучит усиленно, как лёгкие требуют ещё больше огня. Чем дальше я уходил, тем спокойнее становилось внутри — хотя это спокойствие было чисто техническим: «ты хотя бы не умрёшь в первые секунды».

Отошёл метров на четыреста. Этого хватит.

Посмотрел на горизонт. Солнце уже погружалось в горы, последние лучи скользили по земле, как ножи по стеклу.

Я только успел подумать: «Сработало или нет?» — как мир взорвался.

Сначала — звук. Низкий, давящий, как будто кто-то гигантский ударил кулаком по внутренней стороне горы.

Потом — вспышка. Огненно-чёрная. Я видел, как из входа крепости вырвалось пламя, смешанное с тенями. Оно поднялось столбом, распухло, как раздуваемый мехами костёр, и ударило в облака.

Земля под ногами дернулась. Я едва устоял.

Скалой прошёл гул.

Со стены посыпались камни.

— Ага. Работает, — выдохнул я, даже не особо удивляясь.

Ещё один удар — теперь более глухой, из самого нутра крепости.

Металл и камень кричали и трещали.

Тени внутри вспыхивали — значит, тёмные уже начали вырываться наружу. Опоздали.

Я усмехнулся:

— «Тёмноты они боятся»… боятся они не темноты. Они боятся не успеть спрятаться от того, что их ждёт при выходе.

Последний всплеск огня прорезал крышу крепости, выбив кусок скалы наружу. Следом — глухой провал, как будто что-то внутри сложилось само в себя.

Заряд сработал идеально.

Теперь их крепость — просто дымящаяся дырка в ландшафте.

Я развернулся и пошёл дальше, пока эхо взрыва гуляло по ущельям, а воздух ещё дрожал. Завтра у огневиков будет праздник. У тёмных — похороны.