Он шагнул первым. Я — следом.

И мир… поменялся.

Я вдохнул — и в лёгкие ударил влажный горячий воздух, как из паровой бани. Сделал шаг — и ступил на твёрдый лёд. Следующий — в сухую пыль, похожую на золу. Сверху падал свет, похожий на солнечный, но без источника. Ветер тянул в одну сторону, потом резко — в другую. Никакого смысла, никакой логики.

— Добро пожаловать, — мрачно сказал Алексей. — Разлом восьми стихий.

Попугай медленно оглянулся и шепнул:

— Мы умрём. Прямо сейчас умрём. Но красиво. Меня устраивает.

Я выдохнул, пытаясь успокоить сердце. Пока что всё казалось странным, но не смертельным. Но я чувствовал под ногами тонкую дрожь — как будто сама земля была жива.

— Идём, — сказал Алексей. — Быстро. Чем дальше от входа, тем стабильнее внутренняя структура. А возле края нас будет бросать по стихиям, пока мы не развалимся.

— Не мотивируешь вообще, — сказал я, но пошёл следом.

Разлом встретил нас странной тишиной. Не было ни звуков, ни животных, даже ветра — хотя воздух двигался сам по себе. Пространство вспыхивало то огнём, то холодом, то электрическими всполохами, то зарослями, которые росли прямо на глазах и тут же исчезали.

Я сделал ещё шаг — и почувствовал, как под подошвой начинает пульсировать что-то тёплое. Оно будто пробует понять, кто я.

— Алексей… это нормально?

— Нет, — спокойно сказал он. — Но так и должно быть. Этот разлом не просто смешанный. Он ищет, кого можно переломать под себя.

Попугай судорожно прицепился мне к воротнику.

— Если он кого-то ищет, я предлагаю сдать Алексея. У него опыта больше. Он будет вкуснее.

— Замолчи, — сказал Алексей. — И идём быстрее.

Мы двинулись вперёд по ломкому, меняющемуся ландшафту. Я чувствовал, как внутри разлома нарастает давление — будто мы шагали вглубь гигантского организма. И чем дальше, тем сильнее становилось предчувствие, что мы вступили в место, которое вовсе не ждало гостей… но уж точно не собиралось отпускать.

Впереди мелькнула тень. Нечто гибкое, длинное, светящееся изнутри. Я понял — разлом нас заметил. И это было только начало.

Тень мелькнула снова — уже ближе. Я поднял голову и наконец разглядел силуэт. Поначалу показалось, что это просто окутанная дымкой собака. Но когда она шагнула в зону света, я понял: передо мной не животное.

Это творение разлома.

Туша казалась сотканной из двух стихий одновременно. Передняя половина — прозрачная, словно состоящая из воды, волновалась и капала, оставляя на земле мокрые следы. Задняя — пылала огнём, жар поднимался от неё так, что воздух дрожал. Два противоположных начала соединены в одном существе — и ничего логичного в этом не было.

— Водно-огненный волк, — тихо сказал Алексей. — Такого я видел всего раз. Готовься.

Попугай тихо шепнул:

— Может, скажем ему, что мы просто заблудились?

— Попробуй, — ответил я. — Но сомневаюсь, что он знает слова «мы мирные».

Волк повернул морду. Глаза — два узких пылающих оранжевых разреза — загорелись ярче, когда он заметил нас. Из пасти капала вода, но падала она на землю и мгновенно превращалась в пар, смешиваясь с огнём на задней части тела.

— Кирилл, — быстро сказал Алексей, — не лезь вперёд. Держись справа, если что.

— А если «что» случится?

— Случится, не переживай.

Он защитно поднял руку. Вокргу него зажглось слабое сияние контроля воздуха — чистое, ровное, уверенное. Разлом трещал, но Алексей в бою казался спокойным.

Волк рванулся вперёд. Я едва успел отскочить, когда клинок пламени, будто вытянувшийся из его хвоста, рассёк воздух там, где я стоял секунду назад. Запахло обожжённой землёй.

— Слишком быстро! — крикнул я, перекатываясь.

— Это только разминка, держись!

Он поднял руку, создавая плотный вихревой щит. Волк врезался в него грудью — вода хлынула вокруг, пар поднялся столбом. Алексей сморщился — давление ощущалось даже на расстоянии.

Пока монстр давил ветровой щит, я двинулся сбоку. Усиление отозвалось внутри легко — странно легко, словно разлом сам подталкивал меня к использованию силы.

Я прыгнул, смещаясь в сторону, и ударил по «водной» части зверя. Холод мгновенно обдал руку, словно я сунул её в ледяной поток. Волк выгнул спину, зашипел — вода от моего удара треснула, как замёрзшая корка.

Попутно пламя с другой стороны взвилось выше.

— Осторожно, он меняет баланс! — крикнул Алексей.

Я едва успел отпрянуть, когда огонь хлестнул в мою сторону, разрывая воздух. Волк сделал резкий рывок, и огненная половина тела оказалась впереди. Внутри тварь шипела, будто что-то вторило ей из глубины разлома.

— Его нужно разбить на части! — крикнул Алексей. — Эти гибриды нестабильны, их держит только внутреннее ядро!

Волк рванулся ко мне. Я подпрыгнул, в последний миг уходя от удара. Но жар ударил так сильно, что кожа покалывала даже через одежду. Усиление едва удерживало мышцы от неконтролируемых движений.

— Двуногий! — выкрикнул попугай. — Если сдохнешь, я твой труп тащить не буду!

— Спасибо за мотивацию!

Понимая, что Алексей не удержит монстра долго, я сосредоточился. Внутри что-то щёлкнуло — словно из восьми потоков энергии вокруг меня один лёг в ладонь идеально. Я выдохнул и ударил. Усиление хлестнуло коротко, резко и очень точно — по линии соединения стихий.

Волка словно перерезало пополам. Водная часть взорвалась ледяными осколками, огненная вспыхнула отдельно и, потеряв баланс, рухнула на землю, сгорая сама в себе. Запах пара, пепла и чего-то металлического наполнил пространство. Я сделал шаг назад, пытаясь отдышаться. Алексей подошёл, глядя на то, что осталось.

— Хорошо, — хмыкнул он. — Думал, волк нас задержит надолго.

— Этот? — выдохнул я. — Я уже чувствую, что дальше будет хуже.

— Будет, — согласился Алексей. — И намного.

Попугай встряхнулся, раздувая крылья.

— А можно я пойду домой? Один? Без вас? Пока ещё жив?

— Иди, — сказал я.

— Я так и знал… — попугай начал говорить не дождавшись ответа и осекся — Не дождешься безкрылый, я лично хочу засвидетельствовать твою смерть.

Мы двинулись дальше, углубляясь в разлом. И я чувствовал — это был только первый из тех, кто здесь обитает.

Очень далеко до конца. Мы шли вперед уже с минут двадцать — или час? В разломах время скользит, как вода по стеклу: вроде течёт, но понять куда — сложно. Земля под ногами стала мягче, пружинила. Местами она была похожа на густой мох, местами — на чёрную влажную почву, будто лес пересадили прямо внутрь аномалии.

Воздух пах сыростью и чем-то сладковато-гнилым.

— Здесь не место для прогулок, — тихо заметил Алексей. — Смотри под ноги.

Попугай только фыркнул:

— Да тут вообще не место для живых.

Я уже хотел что-то ответить, когда услышал хруст. Не шаг — не ветка — а сухой, ломкий хруст, как будто кто-то наступил на кость. Мы замерли. Звук повторился, но уже ближе.