Она выгнулась дугой.

Пузырясь.

Треща.

Разрывая сама себя от внутреннего давления.

Огненный импульс превратил её в раскалённый монолит.

Тварь упала на бок — тяжело, как огромный кусок камня.

И застыла.

Я ждал.

Секунду.

Две.

Пять.

Наконец поверхность «панциря» лопнула, как скорлупа.

Изнутри выкатилось ядро — тёмное, с голубыми прожилками.

Редкое.

Непохожее ни на одно другое.

Я поднял ядро.

Оно вибрировало — не энергией, не огнём.

Чем-то… глубже.

Как будто в нём был маленький кусочек того самого чёрного озера.

— И ты пойдёшь в сумку, — сказал я, опуская его к остальным. — Ценность, возможно, особенная.

Я выдохнул — длинно.

Плечи расслабились.

Даже в доспехе я чувствовал, как мышцы горят от перенапряжения.

— Ну и гадость, — хмыкнул я. — Но честно — интересная.

Теперь можно было оглядеться.

И я увидел стеллу.

Стелла лежала у дальней стены зала, почти полностью заваленная пеплом и обсыпавшимся камнем. Сначала я принял её за обычный обломок колонны — таких тут валялось достаточно. Но форма была слишком правильной, грани — ровными, а материал — слишком гладким, чтобы быть частью потолка.

Я подошёл ближе.

Пепел вокруг был пеплом не от лавы.

Это была обугленная, пережаренная чёрная масса, остатки твари, которую я не очень гостеприимно приготовил на ужин, но есть не планирую. Видимо, когда она металась по залу, часть субстанции попала на стеллу, но не успела её растворить.

Я провёл ладонью — и счищенный пепел поднял облачко искрящегося серого дыма.

— А вот это интересно… — пробормотал я.

На каменной плите проступили линии.

Тонкие.

Чёткие.

Равномерные.

Древние.

Не резьба — что-то вроде гравировки, но невероятно точной, словно сделанной не ножом, а лучом.

Я отскребал слой за слоем, пока изображение не стало ясно читаться.

Центральным мотивом был огромный шар.

Не солнце — нет.

Здесь не было лучей, не было привычной «солнечной» символики.

Шар выглядел… как бездна.

Я вспомнил чёрное озеро внизу — точно такую же плотную, поглощающую тьму. Похожесть была слишком явной, чтобы быть случайной.

Но главное было не в шаре.

Главное было в фигурах.

Из шара выходили три силуэта.

Каждый — своей формы, высоты, пропорций.

Первая фигура

Малая.

Худая.

Длиннорукая.

Свитые конечности, как у паука, тонкая талия, вытянутая голова.

Не похоже ни на стража, ни на обычную тварь.

Но… я видел нечто подобное на дне подземелий, рядом с обугленными следами.

Вторая фигура

Средняя по росту.

Широкие плечи.

Символы на груди — три круга, выстроенные вертикально.

Тело массивнее, чем у человека, но пропорции почти гуманоидные.

Ноги длинные, тяжёлые.

Я хмуро посмотрел на своё ядро сумки.

Похожие круги были и на поверхности некоторых скал.

Третья фигура

Гигант.

Просто огромная громада.

Рост — раза в четыре выше второй фигуры.

Руки толстые, как колонны.

Туловище — почти как у стража, но без характерного панциря.

Символов нет — только мощь, переданная глубокой линией.

И даже стилистика резьбы не скрывала очевидного:

эта фигура — предок стражей.

Или их прототип.

Или их первая форма.

Я присел на корточки, рассматривая линии.

— Значит, вы трое вышли из одной бездны… но разделились, — сказал я вслух, как будто фигуры могли меня услышать. — Мелкие ушли вниз. Средние — в мир. А гигант стал чем-то вроде хозяина.

Я провёл пальцами по стелле ещё раз.

И заметил кое-что.

От большого шара отходили три луча.

Каждый — к своей фигуре.

Но лучи были не одинаковы: к первой фигуре шел извилистый, ломанный луч — как магия хаоса;

ко второй — ровный, прямой, похожий на структуру ядра;

к третьей — толстый, пульсирующий, словно магический кровеносный сосуд.

— Стражи… — выдохнул я. — Так вы не просто твари на дежурстве. Вы — фрагменты одного целого.

И ещё:

Все три луча сходились в шаре.

Но там же сходились и линии, похожие на разломы.

Шар был источником.

И темницей.

И, возможно, порталом.

«Порталом куда?» — мелькнуло у меня в голове.

Ответа у стеллы не было.

Зато появился вопрос — один из тех, что потом не дают спать:

Если подземная тварь вышла из шара… то может ли он открыть проход ещё раз?

Я поднялся и оглядел зал.

Огромное пространство, полускрытая стелла, обугленный камень.

И ощущение, что я трогаю лишь поверхность чего-то куда древнее, чем некроманты, стражи или даже иные.

Я ещё некоторое время изучал рисунок, выискивая детали.

На нижнем крае стеллы шли надписи — не руны, нет.

Скорее, пиктограммы.

Может, древние обозначения местности или событий.

Здесь была линия, похожая на цепь гор.

Здесь — круг, похожий на солнце.

А здесь — знак, напоминающий разрыв.

Разрыв… портал… бездна…

— Да, — кивнул я сам себе. — Это место — не просто подземелье. Это… вход. Или выход.

Я бросил последний взгляд на стеллу.

На три фигуры.

На шар.

На лучи.

И невольно почувствовал, как сумка с ядрами нагрелась.

Будто ядра отзывались на рисунок, на историю, на энергию, что была запечатлена в камне.

— Всё сложнее, чем я думал, — сказал я тихо. — Но и веселее.

Ноги наконец перестали вибрировать от боя.

Я провёл рукой по сегментам доспеха — металл нагрелся, но не расплавился.

Усиление внутри меня ещё пульсировало, как второе сердце.

Пора было выбираться.

Но прежде чем уйти, я снова глянул на стеллу и усмехнулся:

— Твои секреты подождут. А вот ядра — нет.

Я подхватил рюкзак, провёл взглядом по залу — и направился к выходу.

Впереди ждали новые тоннели.

Новые монстры.

Новые ответы.

И, судя по рисункам, ещё как минимум один страж.

А может… что-то хуже.

Подъём занял меньше времени, чем я ожидал.

После битвы с чёрной тварью мышцы ещё ныли, но доспех иных подхватывал движения, сглаживал рывки, стабилизировал суставы — чувствовалось, будто он уже привык ко мне. Сегменты двигались почти как живая ткань.

Поверхность встретила меня обновлённым ветром.

Он был холоднее, чем в прошлые разы — но не прохладным, а скорее… стерильным. Будто воздух обдуло жаром стража и выжгло из него всё лишнее.

Над горизонтом висела матовая полоса света — местное светило поднималось неспеша, привнося в мир немного тусклого золота. Остатки энергии после недавнего боя стража с иными ещё витали в воздухе: запах озона, шум невидимых вибраций, странные заморозки земли вокруг.

Идеальное место для встреч, если ты любишь паранойю.

Площадка, где мы договорились обменяться, была небольшой — каменный уступ, выровненный природой или временем. Я подошёл ближе, поставил сумку с добытыми ядрами и проверил её содержимое.

Двадцать маленьких сердцевин монстров — тёплые, ровные, чистые.

Энергия в них билась мягко, словно молоко в кожаном мехе.

Неплохой улов, учитывая, что собирал я его между битвой с архимагом, падением в полусмерть и встречей с трёхметровой нефтеобразной дрянью.

Я втянул воздух, прислушиваясь.

Тишина.

Но не та, что бывает перед бурей…

Та, что бывает перед открытием портала.

Секунда.

Две.

Три.

Воздух передо мной дрогнул, словно кто-то провёл ножом по пленке.

Потом дрожь усилилась — пространство выгнулось, скрутилось, и наконец разломилось аккуратной геометрией.

Прямоугольник света возник без вспышек, но с мягким гулом, похожим на дыхание огромной кузницы.