Я прошёлся вокруг машины. Если бы у меня было время и желание, я бы отвёз такую штуку огневикам — они бы от счастья облизывали её как святыню. Но нет. Это моя игрушка. И пользоваться ей нужно аккуратно.

Особенно когда рядом нет ограждения… или живых существ, которых жалко.

Убедившись, что за мной никто не наблюдает, я убрал интерфейс, повёл взглядом по развалинам крепости.

Теперь у меня была тяжёлая артиллерия. И вполне возможно, что даже тёмные не ожидали подобного сюрприза.

Интересно, сколько таких машин ещё зарыто в руинах?

И ещё интереснее — почему они вообще у тёмных оказались?

Но на эти вопросы я буду отвечать позже. Сейчас у меня был рабочий вывод:

— Хорошая штуковина… но и сдохнуть с её помощью проще простого. Буду использовать с умом. Или хотя бы постараюсь.

Я сел на край разрушенной стены, оглядывая пустошь, где недавно была саламандра.

— Ладно. Пойдём искать следующую крепость. Если тёмные завезли арбалеты, может, и ядер у них валяется немало.

Арбалет тихо щёлкнул металлом, словно соглашаясь.

Я глянул на него подозрительно.

— Ты сейчас не поддерживаешь меня, да? Ты просто перезарядился?

Он снова щёлкнул.

— Понятно. Умная железка, но характер есть. Ладно. Пошли работать.

И я направился дальше, оставив за собой развалины, пробитую тушу саламандры и довольно чёткую мысль:

Если такие игрушки додумались сюда протащить тёмные…

То следующие круги испытаний будут ещё веселее.

Я стоял на краю разрушенной площадки, глядя на металлическую дуру-арбалет, которая едва уместилась между двумя обвалившимися стенами. Стрела размером с молодого клен, заряд — на последнем издыхании. И только одна мысль грела душу:

— Ну что, родненький, давай посмотрим, как ты поведёшь себя против нормальной цели.

Нормальная цель, конечно, была понятием относительным. Но когда в десятке километров над равниной проплывал огненный дракон размерами с небольшой дирижабль — выбор становился очевидным. Вот он, идеальный тестовый кролик.

Я вывел арбалет на позицию, подкорректировал угол, заслонился от пыли и прислушался к лёгкому вибрирующему зуду в корпусе машины. Заряд на исходе — по визору было видно. Но мне многого и не надо: главное, чтобы один выстрел вышел.

— Поехали.

Стрела вылетела со звуком, будто небеса раскололись пополам. Воздух вспух, словно взорванный мехом кузнечного горна. Я едва удержался на ногах.

Дракон заметил атаку в последний момент. Красный силуэт рванул в сторону, но поздно — стрела ударила его в бок, пробила чешую, угодила между рёбер и застряла внутри. Дракона повело, он пролетел десяток метров по параболе, захлебнулся собственным ревом, но… не упал.

— Да чтоб тебя… — выдохнул я. — Столько шума, а результат? Ранение средней тяжести. Прекрасно.

Дракон набрал высоту, пытаясь уйти, но летел неровно, рывками, оставляя в воздухе след из огнистых искр. Я щёлкнул панель арбалета, заглушая его перед перегревом, и рванул за тварию пешком.

Вот теперь охота так охота.

Погоня растянулась на полдня. Я то терял дракона из виду, то снова находил по следам: обугленные камни, лужицы расплавленной породы, выбитые когтями столбики скалы. Дракон вёл себя так, будто ему сунули под ребро зажженную кочергу, и он из последних сил пытался улететь подальше от источника боли.

К вечеру я вышел на плато. Дракон кружил там, снижаясь рывками. Видимо, дальнейший полёт для него был уже слишком тяжёлым. Отлично. Значит, пора заканчивать.

Я ускорился, подбегая под его траекторию. Огненная тварь увидела меня, развернулась и попыталась выдохнуть пламя, но его сорвало ветром, и дракон содрогнулся, будто кашлял.

— Да ты прям завалиться просишься, — хмыкнул я.

Я взвился вверх, используя импульс огня под ногами, и врезался в бок дракона, где торчала арбалетная стрела. Клинок тьмы я всадил между чешуями, расклинивая рану, одновременно поджигая её огнём — чтобы тварь не могла закрыть повреждение.

Дракон завертелся, пытаясь сбросить меня, но я вцепился в стрелу обеими руками, использовал её как поручень. Он ткнул меня крылом, попытался ударить хвостом, но попадал только в землю, разбрасывая каменные глыбы.

Мы сцепились на земле, катаемся по камням, как два пьяных медведя. Я снова всадил клинок — на этот раз ближе к сердцу. Оглушительный рёв сорвал облака с неба.

Дракон упал на бок. Я отпрыгнул, удерживая равновесие, и, воспользовавшись моментом, ударил огнём прямо в рану. Пламя сорвалось, словно вспыхнувшая кузнечная печь, и пробрало дракона до костей. Он выгнулся дугой, хрипнул и рухнул, перекатываясь.

Я вздохнул.

— Успокойся. Давай без этой драматургии.

Через несколько секунд дракон затих. Его дыхание перестало дрожать.

Готово.

Я вырезал ядро. Оно было огромным — размер доброго футбольного мяча. Пульсировало жаром, будто держал в руках часть солнца. Я сжал его, чувствуя, как энергия вливается в меня: мощно, горячо, обжигая магические каналы.

Огонь прошёл по телу, как удар молнии. Я едва удержался, чтобы не рухнуть на колени.

— О да… — выдохнул я. — Вот это я понимаю.

Когда ядро рассыпалось прахом, я сел рядом с тушей дракона, пытаясь стабилизировать дыхание. Краем глаза посмотрел на горизонт — солнце почти зашло.

И тут вспомнил об арбалете.

— Ёлки зелёные… — выдохнул я. — Он же остался в двадцати километрах отсюда. И заряд в нём — ноль.

Я покачал головой:

— Почему всё в этом мире хочет жрать мою магию? Что я, мобильный генератор на ножках?

Но возвращаться надо. Ночью по равнине бродят теневые звери, и шанс встретить дракона размером с крепость — выше среднего.

Я поднялся.

— Ладно. Дракон убит. Я жив. Мир, считай, стал немного спокойнее. Вперёд.

Но стоило мне отойти пару шагов, как из-за холма показалась стая мелких саламандр — явно привлечённых шумом и запахом битвы.

— Ну конечно, — вздохнул я. — А чего я ещё ожидал? У вас здесь вообще обеденный перерыв бывает?

Схватив клинок, я двинулся навстречу новой партии гостей.

Добыча добычей, а поужинать всем охота…

Добравшись до того места, где оставил арбалет, я в очередной раз убедился: мир любит подкидывать подарочки, но всегда с сюрпризом внутри. Арбалет стоял под углом, будто кто-то пытался его сдвинуть, но бросил это занятие на полпути. На корпусе — вмятины, на земле — следы когтей. Драконы интересовались техникой? Приятно думать, что у них есть вкус, но скорее всего кто-то из тёмных пытался дотащить установку поближе к своей норе, да духу не хватило.

Я подхожу ближе, касаюсь корпуса, и в шлеме загорается интерфейс. Всё красное — заряда почти нет, механизмы еле живы. Было бы странно надеяться, что арбалет выживет после нескольких перелётов туда-сюда, но всё-таки я испытал легкое раздражение. Не люблю чинить технику на голом энтузиазме, особенно когда она весит тонну.

— И кто бы меня сейчас починил, если б я тоже лежал без заряда? — пробурчал я, проверяя разъёмы.

Найти ядра в округе было просто: мелкие твари тут бегали стаями. Я поймал одну, вырвал ядро, поймал вторую — повторил процесс. Две жёлтые искорки энергии — и я уже подправляю зарядный модуль.

Маленькие ядра растворились почти мгновенно — энергия ушла в конструкцию, словно дыра в пространстве решила поужинать.

Но заряд пополз вверх, сначала медленно, потом быстрее.

— Ну хоть эта хреновина нос не воротит от мелочёвки, — хмыкнул я. — Уже прогресс.

Арбалет загудел, многотонная балка выровнялась, стабилизаторы разошлись в стороны. Интерфейс стал зелёным. Работает. Отлично. Теперь бы найти ещё десяток таких…

Разрушенные крепости тёмных лежали вокруг как огромные черепа. Камень треснул, металл выгнулся, и только редкие всполохи чёрной энергии едва заметно дрожали над обломками.