Тень сместилась так, будто знала, куда я бью, ещё до того, как я решил ударить. Как будто читала мои мысли.

Я выдернул клинок и ткнул вниз, резко, почти рефлекторно. Сталь вошла в траву — а тень уже была в стороне.

Ладно.

Я попробовал обмануть. Ложный замах плечом, перенос веса, намёк на удар справа — и реальный выпад слева. Старый приём, работает даже на тех, кто быстрее тебя.

Тень среагировала, словно знала мой замысел. Мне это не понравилось.

Я сменил подход. Попытался её словить.

Круг света развернулся вокруг меня, плотный, почти материальный. Я дал ему форму, замкнул контур, попытался сделать простую вещь: отсечь тень от источника. От меня. От точки соприкосновения.

Круг сомкнулся.

Тень осталась внутри.

Она просто легла по краю круга, как вода по стенке сосуда. Прилипла. Словно не была отдельным объектом, а свойством пространства, в котором я находился.

Я сделал шаг.

Тень сделала шаг тоже. Слишком правильно. Слишком синхронно. Как отражение, которое не запаздывает, а опережает — на долю мгновения, ровно настолько, чтобы это бесило.

Со стороны это, наверное, выглядело почти смешно. Человек прыгает, машет клинком, светит магией, а тень просто… повторяет. Аккуратно. Без усилий. Как пародия.

Мне было не смешно.

Я понял правило.

Нельзя было «держать её на расстоянии». Это была не тварь, не дух, не проекция. Это была часть моего присутствия здесь. Моё отражение в тьме этого мира.

Я ускорился.

Рывок вперёд. Потом ещё. Без подготовки, без расчёта траектории. Просто скорость, смена ритма, разрыв привычного темпа. Я побежал, не оглядываясь, рванул через траву, вверх по склону, заставляя тело работать быстрее, чем разум успевает формулировать приказы.

Если она читает мои мысли — пусть захлебнётся.

Открытое пространство, ровный участок, солнце в лицо. Если здесь и есть где прятаться, то только в моей голове.

Тень не отстала.

Она не тянулась сзади и не скользила сбоку. Она была подо мной. Как привязанная. Где я — там и она.

Я попытался сбить её очерезным заклинанием. Воздух ударил по траве, закрутил пыль, выровнял поверхность.

Тени было плевать.

Я добавил огня. Короткая вспышка. Свет, тепло, резкий перепад. Любая нормальная тьма притаком подходе, эотя бы дёрнется.

Угу — размечтался.

Земля. Я ударил на бегу, поднял стену пыль, добавил рябь, неровность. Хотел увидеть искажение, разрыв, хоть что-то, что может помочь изменить ситуацию.

Тень просто повторила рельеф. Аккуратно. Будто знала, как именно я это сделаю.

Я ускорился ещё.

Тело работало чётко, без паники. Ноги держали, дыхание не сбивалось. И именно поэтому я заметил, что что-то не так.

Это была не усталость. Скорее… пустота. Под рёбрами. Как если бы кто-то открыл кран и тихо, без спешки, начал пить.

Я сделал вдох — и понял, что он короче, чем должен быть.

Я сбросил темп на полшага, проверил усиление. Энергия уходила. Ровно. Без рывков. Без боли. Как счётчик, который кто-то перевёл в ускоренный режим.

Феникс.

Мысль всплыла сама. Та сволочь работала похожим образом. Я тогда не сразу понял, что теряю не силы, а возможность их восстановить.

Я снова прибавил скорости. Тень была всё там же.

Я понял простую вещь: бежать вперёд — не выход. Драться — тоже.

Рельеф сменился резко.

Трава закончилась, будто кто-то провёл линию. Дальше — камень, уступы, слепящие солнечные пятна, резкие тени от выступов. Скала поднималась вверх, ломая горизонт. Неровная, удобная для того, кто умеет бегать не по прямой.

Я пошёл вверх быстро, не хватаясь за каждый камень, а выбирая траекторию. Короткие шаги, прыжки. Тень тянулась следом, повторяя движения.

Ещё метр. Ещё.

Я сместился вправо, хотел выйти на выступ, где солнце било почти вертикально. Там тени должны вести себя иначе.

Нога соскользнула. Камень провернулся под подошвой, тело пошло не туда, куда я рассчитывал. Я попытался поймать баланс — поздно.

Я дёрнул крылья инстинктивно, на автомате. Активация пришла с задержкой. Полудоля — и этого хватило.

Крыло открылось не полностью. Второе — с рывком, под неправильным углом. Воздух ударил снизу, вывернул корпус.

Я врезался в склон боком.

Звук был глухой. Отдача вонзилась в плечо — коротко, резко. В крыле что-то хрустнуло. Видимо оно ещё не до конца восстановилось, и система тут же сбросила напряжение.

Я прокатился ещё пару метров и остановился на узком кармане между плитами.

Тень была рядом.

Я выдохнул и перевернулся.

Левая рука слушалась хуже. Крыло не откликалось. Усиление держалось, но с провалами, как будто кто-то выдрал кусок цепи.

Я поднялся рывком.

Теперь стало ясно окончательно: если бы тень умела добивать — момент был идеальный.

Я попробовал работать, как всегда.

Сначала почувствовать. Замедлить шаг, прислушаться к фону, позволить усилению расширить масштаб. Чтобы почувствовать где мир сопротивляется, если в нём есть ядро.

Пусто.

Я сменил направление, прошёл по дуге. Обычно разлом сам тянет — к центру, к месту, где стихия собирается в ком. Здесь ничего не тянуло. Пространство было ровным, как тщательно выровненная площадка.

Я пошёл по логике монстров. Следы, тропы, остатки присутствия. Где охота — там и источник. Я прошёл через рощу, вышел к камням, вернулся к траве.

Те же деревья. Те же пятна света. Камень с трещиной, которую я уже видел.

Я остановился и понял, что это третий круг.

Та же последовательность, тот же поворот, тот же выступ. Мир не менялся, он просто позволял идти.

Тень сразу дала о себе знать.

Стоило мне замереть — пустота под рёбрами углубилась. Появилось ощущение, будто кто-то аккуратно приоткрыл кран и дал стечь тому, что должно было остаться внутри.

Я пошёл дальше.

И утечка стала меньше.

Я ускорился — и стало легче дышать.

Остановился — снова провал.

Картина сложилась неприятно быстро.

Тень не пыталась меня убить. Она держала меня в движении. Пока я бегу, пока трачу силы, пока думаю, что ещё один круг — и всё станет ясно.

И чем дольше я здесь, тем больше отдаю.

Феникс тоже сначала тянул энергию, а потом слой за слоем срезал ядро, пока я не понял, что стал адептом..

Здесь ощущение другое. Мягче. Тише. Но направление то же.

Если продолжать — я выйду отсюда слабее, чем вошёл.

Быть может стоит просто отступить?

Разлом без ядра нельзя «победить», потому что в нём нет точки, куда бить. А враг, который пьёт твою энергию, пока ты стараешься, выигрывает именно тогда, когда ты упрям.

Я перестал бить.

Мне стало ясно: каждый мой удар делает ровно то, что от меня ждут.

Я опустил клинок. Усиление свернул до минимума. Дал свету стечь, как воде из ладоней.

Тень сразу стала ближе, плотнее, как тёплый воздух у стены. И — что важно — не добивала. Ни удара, ни всплеска, ни попытки закончить.

Будто и не должна.

Я сделал шаг. Медленный. Проверочный.

Тень осталась на месте. Утечка стала слабее.

Ещё шаг — и снова то же самое. Она не атаковала. Она сопровождала.

Картина окончательно сложилась.

Если это ловушка разлома — её нельзя утащить наружу. Она живёт здесь, питается здесь и закончится вместе с этим местом.

Если это сущность — выход с ней на хвосте станет подарком для всех, кто окажется по ту сторону.

Оба варианта мне не нравились.

Тем не менее вариантов не много.

Я развернулся и пошёл. Держа ритм таким, чтобы не кормить её лишний раз.

Я нашёл выход не сразу. Дважды прошёл мимо, не останавливаясь, потому что стоять здесь — худшее решение. На третьем круге тень снова попыталась подтолкнуть, но я просто продолжил идти, игнорируя её, как игнорируют боль, которая не убивает.

Когда граница наконец зацепилась за восприятие, я сделал шаг — и мир исчез.

Я вывалился из разлома, как мешок.

Воздух ударил в лицо слишком резко, земля под ногами поехала, и я едва успел выставить вторую ногу, чтобы не растянуться. Дыхание рвалось, будто я только что бежал на износ, хотя последние минуты просто шёл. Рука не слушалась, висела мёртвым грузом, в плече пульсировало тупо и настойчиво.