На этом мы собственно с Олежей и попрощались — слова все сказаны, Столичная допита, конфетки съедены, что там еще делать-то было, в этом бассейне?

Ночью проснулся от отсутствия Ани рядом, посмотрел по сторонам, она оказывается на балконе сидела, закутавшись в одеяло. Вышел к ней:

— Всё хорошо, родная?

— Да, всё окей, я просто посижу здесь, на город посмотрю, очень интересно.

Сел рядом, предложил чаю, она отказалась, ну и ладно…

А утром нас, как и обещал, проинструктировал Игоревич — был он в красивом костюме в полосочку и галстуке в тон костюму, я ему сказал на ухо, что выглядит он прекрасно. Говорил не по бумажке, видимо всё запомнил и так.

— Значится так, дорогие коллеги, — начал он, прокашлявшись, — сегодня самый ответственный день всей нашей поездки и оттого, как мы его проведем, будет зависеть очень многое. Для начала небольшая справочка о месте, куда мы сейчас поедем: Дороти Чендлер Павильон расположен почти в центре города на Норс-Хоуп-стрит, по соседству с Чайна-тауном и городским парком. Вместимость три с половиной тысячи мест. Вообще-то это площадка для местного оперного театра, но по особенным случаям здесь проходят и другие мероприятия, как наша например премьера. В этом году такой чести удостоились «Супермен», «Полуночный экспресс» и «Охотник на оленей». Кроме того в этом центре традиционно проходит церемония награждения знаменитыми премиями Оскар, это обычно в феврале-марте бывает. Так что место непростое, город непростой, центр кинопромышленности США, и люди на премьере тоже ожидаются непростые. По моей информации… — и он вытащил таки из кармана бумажку, — будут, ну кроме снимавшихся у нас Джека Николсона и Джеки Чана конечно… знаменитые кинорежиссеры Стенли Кубрик и Стивен Спилберг, а также актеры Роберт де Ниро, Джон Траволта и Джейн Фонда, а еще… — он вторично пошелестел бумажкой, — президент страны Джимми Картер с супругой Розалиндой.

Поднялся небольшой шум в зале. Кирюша задал вопрос с места:

— Так там тогда всё оцеплено будет? Президент это не шутка… надо заранее выезжать, чтобы не опоздать.

— Очень правильное замечание, выедем пораньше. Я еще не закончил… общие вопросы — держаться вежливо, приветливо, на возможные провокации не реагировать… на пресс-конференции будут задавать очень неудобные вопросы, отвечать по возможности сдержанно, не выходить из себя, руками не размахивать… что отвечать? а то, что думаете, то и отвечайте, у нас в стране гласность… на фуршете много не пить, делайте вид, а на самом деле по маленькому глотку делайте, во избежание… уезжать будем все вместе, как и приехали, не расползаться… конкретно тебе, Сергей, и тебе, Аня — помните, что вас, как звезд, будут часто и помногу фотографировать, старайтесь держаться органично и не делать ничего такого, за что вам потом будет стыдно, когда в печати фотографии появятся… вроде ничего не забыл. Кирилл Трофимыч, хочешь что-нибудь добавить?

Ну еще бы он не хотел, его с утра распирало от хотения, Кирюша встал, одернул пиджачок и потом битых четверть часы парил нам мозги бдительностью и моральным обликом советского гражданина, я это мимо ушей пропустил. А далее мы позавтракали континентальным таким легким завтраком и выдвинулись в фойе ждать автотранспорт. Его довольно скоро подогнали — это был, граждане, белый-белый Кадиллак-лимузин длиной в десять метров, честное слово, у нас такого никто еще не видел живьем (в фильмах разве что), так что народ как открыл рты, так с открытыми ртами в Кадиллак и загрузился. Кирюша первым обследовал салон и обнаружил мини-бар с десятком разноцветных бутылок.

— Чтоб ни грамма до премьеры, — грозно сказал он, — после неё можно немного.

И мы покатили по сверкающим после ночного дождя дорогам города ангелов прямиком к своей надвигающейся из тумана славе… а может и к позору, это уж одно из двух…

— Что это у тебя? — спросил Игоревич про мою сумку. — Не пустят ведь с ней в зал.

— Образцы моей работы, — скромно сказал я и показал, что там в ней, моноколесо там было и мини-гироскутер, самый маленький из тех, что в нашем НПО делают. — Разбавлю скучные разговоры, если вдруг начнутся, небольшими цирковыми номерами… помог бы кстати, если не пропускать будут.

Игоревич внимательно рассмотрел содержимое сумки, сняв даже очки для верности, потом кивнул:

— Хорошо, попробуем… но если что, то…

— Отвечать за всё буду я, — быстро закончил я за него надоевшую уже мантру, — мне не привыкать.

А мы тем временем проехали прокатили сквозь какое-то Эль-Монте с красивым Акватик-центром и въехали на территорию района Роузмид.

— О, универмаг какой-то! — заметил молчавший всю дорогу до этого Евстигнеев, — вывеска завлекательная, надо бы посетить будет.

— Это Таргет, — осторожно заметил я, — не Уолл-Март конечно, но всё равно фирма уважаемая, зайдем обязательно.

А чуть попозже, после Университета и модернового собора кубических форм (смотри, толкнул я локтем Аню, собор святой Анны, не хухры-мухры) нарисовался и Чайна-таун.

— А чего это тут всё по-китайски? — спросил Сизов.

— Так китайцев в Калифорнии несколько миллионов живет, вот они в каждом крупном городе и соорудили себе такие кварталы… сюда лучше поодиночке и вечером не соваться, криминальное место, — выдал я неожиданно для себя такую длинную фразу.

— А ты откуда это знаешь? — подозрительно спросил Кирюша.

— Книжки умные читал, Кирилл Трофимыч… а мы практически и приехали, сейчас только налево свернуть.

— А сам Голливуд-то здесь где? — опять вступил в разговор Саныч.

— Рядом, километра 1,5–2 — надо только было не сворачивать (а мы уже крутились по кольцу развязки), а прямо ехать, там всё оно и стоит, от Метро-Голдвин-Майера и до самого Уорнер Бразерса.

— Тоже зайти бы хорошо было… там еще аллея звезд какая-то должна быть.

— И туда заглянем, правильно я говорю, Станислав Игоревич?

— Правильно, — ответил тот, — у нас туда экскурсия предусмотрена, завтра или послезавтра, надо будет это еще согласовать с принимающей стороной.

Подкатил к концертному залу… да, меры безопасности и точно были выдающимися — нас три раза проверили на последней стоне метров, на оружие и взрывчатку в основном, собачка весь лимузин обнюхала, но ничего не нанюхала, в мою сумку внимательно заглядывали, первые два поста пропустили, на третьем сказали, чтоб сдал в камеру хранения. Моргнул Игоревичу, тот сказал, чтобы я делал, что велели, потом разберемся. Отнес сумку куда велели, чо…

А потом нас через служебный вход провел тот самый круглый колобок с приклеенной улыбкой, завел в гримерку какую-то или как она тут называется, сказал, чтоб ждали вызова на сцену.

------

Показ прошел довольно буднично — ну представили нас всех публике (народу полный стадион, — сказал я Санычу, а он довольно усмехнулся в ответ), включая Николсона и Чана, ну похлопали нам вежливо все, включая президента с супругой, и даже букетик какой-то вручили Анечке, как единственной женщине среди всех, потом два с лишним часа кино шло… эмоции у публики были, но довольно сдержанные, хотя к концу немного и раскочегарилось… а по окончании нас опять на сцену вызвали и под овации окончательно проснувшегося зала объявили, что через полчасика будет пресс-конференция в зале для приемов, это с другой стороны Дороти-павильона надо заходить, а потом фуршет где-то там же. А сейчас перерыв.

Мы опять собрались в своей гримерке, там на столе минералка стояла и фрукты какие-то в вазочке, можно было хоть немного перекусить. Сидим значит, перекусываем, стук в дверь, потом заходят два мордоворота в черных костюмах, становятся слева и справа от двери, а далее в неё входит Картер с Розалиндой.

— Здравствуйте, мистер президент, — я быстрее всех нашелся, что сказать, у остальных челюсть еще отвисала от неожиданности, — как поживаете? Как здоровье супруги?

— Спасибо, неплохо, — быстро ответил он, — у Розалин тоже все окей. Я зашел поздравить вас с прекрасным фильмом, публике очень понравилось, насколько я успел заметить.