Тут он наткнулся взглядом на меня, точнее, на вышитое на мантии имя. Разумеется, сопоставить принцессу Бриоля с фейри, которые водились только в Бриоле, не трудно, поэтому он усмехнулся.

— Студентка Даорг, добро пожаловать в мой кабинет. И вашего чудесного фейри с собой прихватите.

Крепыш быстро юркнул в мою сумку и там застыл. Я впервые шла в ректорат. Секретаря на месте не было, лишь табличка с именем — Фарания Урог. Из просторной приёмной с множеством живых цветов мы попали в не менее просторный кабинет ректора. Если честно, он мало чем уступал кабинету моего отца — такие же высокие стеллажи с книгами, отдельная диванная зона для приёма важных гостей, широкий письменный стол у окна с двумя гостевыми креслами напротив, шторы и вся отделка благородного зелёного цвета.

Имя ректора значилось в списке, который нам дал ещё комендант, но я ещё раз прочитала надпись на табличке:

— Присаживайтесь, студентка Даорг, — вежливо произнёс ректор и сам сел напротив в широкое кресло, скрестив пальцы и задумчиво наблюдая за моими действиями.

Я села на самый краешек кресла, положив ладони на колени, и с любопытством стала ждать своего приговора. Вот так и играли в гляделки. Мне даже на миг показалось, что в глубине глаз магистра Вана вспыхивает уже знакомый мне огонь, а зрачок меняется, но миг — и я осознала, что мне это лишь чудится. Ректор моргнул и улыбнулся.

— Значит, вот вы какая, принцесса Бриоля, — начал он и подался вперёд, сцепив руки в замок на столе. — А зачем вы фейри с собой взяли?

Как только речь зашла о нём, Крепыш вылетел из сумки и сел на стол, приосанившись и вздёрнув крошечный носик.

— Я сам увязался! — отчего-то решил взять вину на себя Крепыш, но останавливать его я не собиралась.

— Вот как… могу узнать ваше имя? — вежливо обратился к нему глава академии.

— Крепыш, — тут же откликнулся фейри и привстал на ножки. — Можно сказать, я паж её высочества, верный защитник и соратник.

— Неплохо, — искренне отозвался ректор. — А о драконах зачем искали информацию?

И вот сдались ему эти драконы? Подумаешь, мелочь. Мы с Крепышом переглянулись, и решилась ответить я:

— Как раз искали эротические книги.

— С драконами?

Мне показалось или ректор подавил усмешку, подумав о чём-то своём?

— Конечно! — нарочито воодушевлённо ответила я. — Это ведь так интересно, каково это — лечь в постель с двуипостасным, а если ещё потом и выйти за него замуж…

— Кое-кому это будет очень интересно знать, — пробормотал ректор, но я не совсем разобрала его слова.

— Простите?..

— Нет-нет, ничего, — отмахнулся магистр Ван. — Продолжайте. Вы искали эротические книги о драконах…

— Да, точнее, попросила найти Крепыша, потому что я с ног до головы занята отработкой.

— Отработкой? — изумился ректор. — На второй день учёбы?

— Сама удивляюсь, — развела я руками. — Но у вас такие щедрые на отработки преподаватели, что бухгалтеру РАМа остаётся только радоваться сэкономленному на разнорабочих бюджету.

Ректор негромко хмыкнул.

— Интересная вы девушка, ваше высочество, — вновь повторил он и вздохнул. — И что у вас за отработки?

— Две недели в птичнике от магистра Эверуса и магистра Фаута. Первая за срыв посвящения, а вторая — за дерзость на уроке.

— О посвящении наслышан, хотя признаюсь — мне эта традиция тоже не нравилась, поэтому был счастлив заиметь прецедент и отменить её, — доверительно сообщил магистр Ван. — Что же касается магистра Фаута… В чём конкретно заключалась дерзость?

Сейчас была бы чудесная возможность наябедничать, тем более расизм был неприкрытый, но что-то внутри меня претило подобному поведению. Помолчав, я уверенно произнесла:

— Я вела себя некорректно.

— Понятно, — одобрительно кивнул мужчина. — Что ж, отработка в птичнике и отработка в библиотеке не совместимы, поэтому придётся отработку в птичнике сдвинуть. На ближайшие дни вы в распоряжении мадам Теодермы. И вы, — тут он посмотрел на Крепыша, — тоже. Кстати, если желаете, молодой человек, я могу зачислить вас на бытовой факультет. Некоторые предметы общеобразовательные и будут вам интересны.

— А могу я вместе с Крепышом перевестить на бытовой…

Я даже не договорила, но по взгляду ректора всё поняла — нет, не могу. Значит, Максимилиан точно имеет к этому отношение. Хотелось спросить прямо, но язык не поворачивался, так и смотрели с ректором друг на друга, будто бы молча упоминая одного и того же человека — его величество Раманского.

Значит, руководство академии точно знает, чья я невеста. Впрочем, не мудрено, ведь известно, по чьей протекции я поступила. Вздохнув, я отвела взгляд.

— Вину я признаю, суть происшествия объяснила, наказание поняла… я могу идти?

— Минуту, — отозвался ректор и, выписав листок с трёхдневным отбыванием наказания в библиотеке, передал мне. — Всего доброго, студентка Даорг.

— И вам, лорд ректор, — откликнулась я и покинула кабинет в задумчивости.

— Ура! — воскликнул Крепыш. — Значит, я тоже смогу учиться!

Я посмотрела на него изумлённо. Почему отцу ещё не приходила в голову гениальная идея создать факультет фейри в Даоргской академии магии? Это бы определённо пользовалось спросом! Надо подкинуть ему эту идею.

Из кабинета ректора я отправилась на основы целительства, которые вёл магистр Цуэ. Молодой человек был мил и приветлив со всеми, да и тему рассказывал увлечённо, и его увлечённость передавалась и нам.

— Кто знает главный магический антидот, входящий в состав практически всех противоядий, а также оказывающий купирующее действие при любых отравлениях?

Рами подняла руку и, дождавшись разрешения магистра, ответила:

— Корень аверосского лотоса, — она бросила короткий взгляд на Элая. — Этот корень выращивается в промышленных объёмах в Аверосе и его экспорт составляет десять процентов внешней торговли королевства.

— Верно, — согласился Цуэ и достал пакет с этим ингредиентом. — Рами, будь добра, раздай каждому. Всегда имейте при себе корень аверосского лотоса и едва почувствуете отравление или кто-то из ваших близких отравится — дайте ему пережевать его, только предварительно размягчите заклинанием или намочите. Сейчас это заклинание мы и изучим. Записывайте…

И мы все старательно записывали.

Вообще за три дня обучения я поняла одно: группа боевиков любила учиться. Будто все понимали, что боевой факультет не место для прогулов и отсутствия самодисциплины. Студенты осознавали, что в будущем наша профессия связана с серьёзными рисками, поэтому от любой мелочи будет зависеть наша жизнь. А потому надо учиться, учиться и ещё раз учиться.

И работать. Сегодня в числе остальных студентов я отбывала последний день наказания в библиотеке. Под ехидным взглядом мадам Теодермы мы разбирали завалы, и к пятнице почти справились. Я заодно пыталась найти что-нибудь ценное о драконах, но как назло все книги были с эротическим уклоном. Ну неужели драконы ни на что не способны, кроме любовных утех⁈

Крепыш, кстати, активно учился на бытовом, а ещё заводил друзей. Он оказался компанейским парнем и постоянно щеголял в новой одежде — шил по ночам. Откуда он брал ткань? Я это поняла сегодня утром, когда Хмилья добралась до нижней полки с моими вещами и, вытащив их, взвизгнула.

— Что это, ваше высочество⁈ Тут дыры! Может, мыши прогрызли?

— Ага, ножницами, аккуратно так, — хмыкнула я, оглядывая прорехи в своих платьях и брючных костюмах, а потом внимательно посмотрела на Крепыша, который старательно делал вид, что его ну очень увлекает книга по бытовой магии. — Не знаешь, кто к этому причастен?

Он посмотрел, даже подлетел и поцокал языком, а потом патетично воскликнул:

— Мыши нынче пошли такие вёрткие и умелые! И с ножницами справляются на раз-два, своими глазами видел!

Хмилья вовсе не была глупой и тоже быстро сообразила, кто к этому причастен. Её рука сама по себе потянулась к мухобойке, которая последние дни уже не использовалась — осень вступала в свои права. Крепыш, заметив манёвр, попятился к двери.