Ольга усмехнулась:

— Вот эти точно первыми попадут в ловушку.

— Зато смелые, — заметил Киря.

— Смелые и тупые — часто одно и то же, — парировала она.

Справа группа девушек в светлых мантиях. У них в руках были небольшие арфы и свитки. Маги-заклинатели, судя по символам на рукавах. Такие редко идут в первые ряды, обычно их нанимают в сопровождение — исцелять, усиливать, поддерживать. Но эти явно хотели попробовать себя сами.

Толпа переливалась цветами плащей, гербов, нашивок. Почти у каждого был знак рода или семьи. И только у нас — ничего. Старый плащ Кирилла, простая одежда Кирюхи, невзрачное платье Анастасии и слишком смелый смех Ольги, которая будто напрашивалась на внимание.

«Мы выглядим беднее и слабее всех. Но это не значит, что так оно и есть», — подумал я, скользнув взглядом по соседям.

— Что, впечатляет? — Ольга наклонилась ближе, заметив мой взгляд. — Смотри внимательнее. Эти красивые компании развалятся при первом же серьёзном испытании. Слишком много гордыни, слишком мало настоящего опыта.

— А у нас? — спросил я.

— А у нас будет весело, — хмыкнула она.

Киря закатил глаза, Анастасия слабо улыбнулась.

Я снова перевёл взгляд на толпу. Вдалеке показались экзаменаторы: строгие мужчины и женщины в длинных тёмных мантиях. Их сопровождала стража Академии, а за ними следовали чиновники из имперской канцелярии.

Шум вокруг стих. Студенты и семьи отодвинулись, освобождая проход.

На площади воцарилась тишина, когда вперед выступил один из чиновников в ярко-синем мундире, расшитом золотыми узорами. На груди поблёскивали ордена, а на лице застыло выражение гордости и важности. Он поднял руку, и шум окончательно стих.

— Граждане Российской Империи! — его голос гулко разнёсся над площадью. — Сегодня — день особенный! День, когда новое поколение магов, воинов и учёных делает первый шаг навстречу славе и долгу.

Толпа затаила дыхание. Я невольно отметил, что говорил он так, словно репетировал каждую фразу.

— Империя сильна, пока её границы защищены! Империя процветает, пока её дети хранят верность трону и нашему великому императору! — чиновник вскинул руку к небу. — Слава Императору!

Толпа откликнулась хором:

— Слава!

Ольга едва заметно усмехнулась, но воскликнула вместе со всеми. Анастасия — тише, почти шёпотом. Киря посмотрел на меня и закатил глаза, но хлопнул ладонью по груди, будто тоже участвовал. Я промолчал.

Чиновник продолжал:

— Вы — будущее Империи! Каждый из вас — надежда, что тьма не прорвётся сквозь стены наших городов, что разломы не поглотят мир! Ваши предки защищали эту землю, и вы обязаны продолжить их путь!

Он сделал паузу, и я заметил, как по толпе прошёл лёгкий ропот. Кто-то кивал, кто-то смотрел в землю. Я лишь подумал: «Громкие слова. Но на деле каждый здесь пришёл за своим — кто за силой, кто за славой, а кто за деньгами. И мало кто думает о Империи».

Чиновник шагнул в сторону, уступая место другому, постарше, с белой бородой и тяжёлым взглядом. Тот говорил медленнее, но каждое слово будто падало на толпу камнем:

— Император доверяет нам. Мы — его глаза и уши. Мы — его воля в этом городе. И сегодня, здесь, начинается испытание, которое определит, кто достоин войти в Академию.

Он развёл руками.

— Помните: вы несёте честь не только своего рода, но и всей Империи. Пусть ваш путь будет труден, пусть страх и сомнение попытаются сломить вас… но вы обязаны идти вперёд. Ради Императора. Ради Империи. Ради будущего.

Толпа снова гулко ответила:

— Ради Империи!

Я почувствовал, как в груди кольнуло что-то странное. Пафос, да. Но в словах была правда: если мы не справимся, никто не справится.

Чиновники одновременно сделали шаг назад, и один из них произнёс:

— А теперь слово предоставляется заместителю ректора Академии.

Толпа снова оживилась, поворачиваясь к высокой фигуре, медленно поднимавшейся на помост.

На помост вышел высокий сухощавый мужчина в строгой чёрной мантии. Его седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, а на груди сверкал знак Академии — серебряный диск с выгравированным узором, похожим на сеть разломов.

В отличие от чиновников, он не взмахивал руками и не кричал. Он просто поднял взгляд на толпу, и люди замолчали сами по себе. В этом молчании не было приказа — только уважение.

— Будущие студенты, — начал омужчина спокойным, твёрдым голосом. — Сегодня для многих из вас начнётся путь, который изменит вашу жизнь. Академия не обещает лёгких дорог. Мы не обещаем славы. Мы лишь даём инструмент, чтобы вы сами её добились.

Его голос звучал без надрыва, но каждое слово проникало внутрь, будто говорил он лично с каждым.

— Первым вашим испытанием станет лабиринт. Это место не похоже ни на один разлом. В нём нет хаотичной природы или случайных тварей. Лабиринт подстраивается под вас. — Он сделал паузу, и по площади пробежал тревожный шёпот. — Испытания, которые вы встретите внутри, будут ровно такими, чтобы у вас был шанс их преодолеть. Но запомните: "шанс" и "справиться" — не одно и то же.

Он позволил словам осесть, прежде чем продолжить:

— Вы можете входить командами. Это ваше право. Вы можете взять с собой друзей, союзников или даже наёмников. Но помните: сложность испытаний всегда равняется уровню сильнейшего в вашей группе. Лабиринт не прощает жадности и самоуверенности. Чем сильнее спутники, тем выше цена ошибки.

Толпа снова зашевелилась. Некоторые переглядывались с облегчением — вместе идти надёжнее. Другие напряглись: у них в командах был хотя бы один маг посильнее. Я отметил, как Ольга прищурилась, а Анастасия крепче сжала руки на груди.

— Цель испытания, — заместитель ректора повысил голос, — добыть свой личный концентратор энергии.

Эти слова прозвучали особенно громко. Я почувствовал, как у меня в груди кольнуло — то, ради чего я пришёл.

— Концентратор — это не просто кристалл, не просто амулет. Это продолжение вашей силы. Без него дар блекнет, как пламя без масла. С ним же он может расцвести. Концентратор станет вашим спутником на годы, а может, и на всю жизнь. Именно он поможет вам раскрыть дар и подняться выше.

Он провёл ладонью в воздухе, словно очерчивая невидимую черту.

— Каждый, кто добудет свой концентратор, будет допущен к следующему этапу экзамена. Все остальные... — он на миг замолчал, и его глаза стали холодными, как лёд. — Все остальные должны будут вернуться и осознать: их путь магии завершён. Академия не принимает тех, кто не смог пройти лабиринт.

В толпе прокатился ропот, на лицах многих мелькнула тревога. Я сам невольно сжал кулаки: это значило, что отступать нельзя.

Заместитель ректора, словно уловив напряжение, смягчил голос:

— Но не бойтесь. Лабиринт не желает вашей смерти. Он лишь испытывает. Он даёт вам то, что соответствует вашей силе и вашему духу. Справится тот, кто способен быть честным с собой и идти до конца.

Он замолчал и оглядел собравшихся.

— Пусть этот день станет началом. Пусть ваши шаги в лабиринте будут твёрдыми, а сердце — стойким.

Он кивнул, и это стало сигналом — площадь взорвалась аплодисментами и возгласами.

Толпа, ещё недавно гудевшая от слов ректора, постепенно пришла в движение. Сотни будущих студентов группами и поодиночке направлялись к массивным воротам Академии. Над аркой висел герб Империи — двуглавый орёл с сияющим кристаллом в когтях. Казалось, будто сам орёл следит за каждым, кто ступает на эту землю.

Мы с Кирей держались вместе, рядом шагали княжна Ольга и Анастасия. Где-то впереди уже ушли сильнейшие команды — по ним было видно: дорогие доспехи, амулеты, сопровождающие наставники. Они знали, что внутри их ждёт. Мы же шли в середине потока, не торопясь, но и не отставая.

По пути я краем уха ловил разговоры других поступающих. Один парень с восторгом говорил, что в лабиринте его ждёт испытание с личным демоном. Девушка рядом фыркнула, мол, всё это сказки — лабиринт создаёт простые задачи вроде схваток с монстрами или загадок. Но дальше в их спор вмешался пожилой маг-наставник.