Я её не отвлекала, а вода всё прибывала. На лбу Тимории выступила испарина, и девушка вцепилась пальцами в панель. С той стороны продолжали тарабанить, но никто, судя по всему, не мог отключить защиту. Уровень воды уже достиг моей груди, и Тимория, закричав, больше не могла сдержать оборот. Её озарило сияние, а когда оно пропало и я проморгалась, под водой смогла увидеть длинный, изящный хвост, заканчивающийся полупрозрачными плавниками. Чешуйки сине-зелёного цвета переливались под водой, и я на миг залюбовалась, а Тимория, ловко поднырнув к панели, продолжила снимать с неё защиту.

— Что происходит? — истерично прошептала старшекурсница, которая до этого высмеивала Тиморию. — Нас никто не собирается спасать⁈ Почему не повезло именно нам⁈

Ответа на этот вопрос у меня не было. Нам с девушками пришлось всплыть, потому что роста уже не хватало. Уровень воды поднимался всё выше, мы приближались к потолочному перекрытию. Я увидела вентиляционные люки, и, подплыв к ним, со всей силы дёрнула, мысленно поблагодарив магистра Фаэрона за физическую подготовку. Но меня ждало разочарование — вентиляция была перекрыта металлическими решётками. Я поднырнула вниз, взяв со стола молоток — тащить его через толщу воды стоило мне огромных усилий, и вскоре ко мне присоединилась Рами, чтобы поддержать. Мы всплыли — до потолка оставалось меньше десяти сантиметров, а Тимория, дыша жабрами, всё ещё пыталась снять защиту.

Один удар молотка, второй — у нас ничего не получалось. Старшекурсницы верещали, Клаудия от испуга начала тяжело дышать, что мешало её концентрации — и вскоре потеряла сознание.

— Клаудия! — одновременно закричали мы с Рами, и бросились к девушке, подхватив её и попытавшись дать ей возможность глотнуть воздуха.

Но поздно. Вода заполнила каждый кубический метр, и теперь нам самим нечем было дышать.

Я посмотрела на Рами. Девушка поджала губы, явно сдерживая истерику, и в этот момент… всё вокруг застыло. Почти всё… кроме нас с Тиморией. Время остановилось выборочно и исключительно для нас — у моей птицы, пришедшей на подмогу и всё ещё не обнаруженной мной, был удивительный интеллект. Русалка подняла на меня взгляд, нахмурившись от происходящего, а затем со всей силы ударила по кнопке отключения на артефакторной панели — ей всё-таки удалось снять защиту.

Двери распахнулись. Время возобновило свой ход, и нас всех вынесло из закрытого цеха прямо к ногам остальных студентов. Я и Рами сделали судорожные вздохи, впуская в лёгкие воздух, а вот с остальными студентками, кроме Тимории, было хуже. Они наглотались воды.

Я бросилась к Клаудии, приложившись ухом к сердцу и проверяя пульс. Но меня тут же оттолкнул магистр Эверус. Он трансформировал руку и разрезал корсет девушки, а после начал делать искусственное дыхание — скрещёнными руками надавливать на грудь, но, когда это не произвело никакого эффекта, наклонился к Клаудии, прикасаясь губами к её.

Я вдруг вспомнила, как Максимилиан так же спасал меня у озера. На щеках вспыхнул румянец. Ведь тогда мы тоже наверняка соприкасались губами, хотя я этого совершенно не помню. Интересно, будут ли хоть какие-нибудь жизненные ситуации, когда я не буду вспоминать его величество?

— Купава! — услышала я бабулю и та бросилась ко мне, сбивая с ног мистера Марксона, стоявшего на пути.

Когда подбежала бабушка и начала обнимать, целуя, я вряд ли что-то могла соображать, лишь смотрела, как Клаудия откашлялась водой и пришла к себя. На этом моменте я почувствовала, как голова начинает кружиться от переизбытка эмоций.

— Что… что произошло? — прошептала я.

— Ох, бриллиантик мой, только не бери на свой счёт, — тихо попросила бабушка и накинула мне на плечи плед — я не сразу заметила, больше сосредоточенная на внутренних переживаниях.

— Она… она спасла нас, — услышала я голоса старшекурсниц (которых, видимо, тоже кто-то откачал).

Их взгляды были обращены на Тиморию. Девушка уже была с ногами, только босая и, возможно, без нижнего белья. Я тут же нашла его на полу и, пробравшись за бабушкину спину, скомкала его и сунула в свою сумку — намочить что-то не боялась, но желала уберечь подругу от смущения. Хватит с неё на сегодня потрясений. Я подошла и передала Тимории свою сумку.

— Спасибо, — шепнула русалка.

— Это тебе спасибо, — совершенно искренне ответила я.

Подруга хотела спросить о том, что произошло, но явно стеснялась — она наверняка вообразила, что ей это почудилось. А я пока не хотела раскрывать карты. Зимородок — слишком важная птица.

— Пострадавших студенток доставить в комнаты отдыха, нужно дождаться, пока они обсохнут, а остальных — в академию, — распорядился магистр Эверус и подошёл ко мне, подхватив меня на руки. — Леди Энштепс, позаботьтесь об остальных. Не волнуйтесь, ваша внучка под моей защитой.

— Я доверяю вам, Дейн, — кивнула бабуля, при этом беспокойство всё ещё плескалось в глубине её глаз.

Мужчина кивнул и направился на выход. Я так устала, что просто расслабилась в его руках, приобняв оборотня за плечи и устроив удобно голову. Других пострадавших тоже транспортировали на руках литейщики. Клаудия смотрела вниз, совершенно растерянная. Более-менее стойко всё перенесла лишь Рами. Девушка даже отказалась от помощи и шла самостоятельно, лишь опиралась на руку одного из работников. Думаю, она сейчас очень пожалела, что рядом нет Арк-Вирта. Он бы отнёс свою принцессу на руках.

— Спасибо.

Было плевать, что я мокрой одеждой прижимаюсь к мужчине и как в этот момент выгляжу. Плед укрывал плечи, но всё-таки не разделял наши с оборотнем тела.

— Ещё немного — и носить тебя на руках войдёт у меня в привычку, — с усмешкой произнёс магистр Эверус.

— Вы всегда прикрываете за шутками беспокойство? — спросила сипло.

— Ты права, — внезапно серьёзно согласился он и встретился со мной взглядами. — Я очень за тебя… за вас испугался. — И уже насмешливо добавил: — Нас бы всех казнил его величество Максимилиан, если бы с твоей головы упал хотя бы волосок.

— Его величество сказал мне, что я совершенно не особенная, — пожаловалась я. — И сказал, что расторгнет помолвку.

Дейн посмотрел на меня недоверчиво, словно желал опровергнуть слова, но не успел — впереди появилась преграда. В цеха вошли жандармы под предводительством его величества.

Максимилиан оценил меня на руках у Дейна и подошёл ближе, при этом обернувшись к сотрудникам магполиции и кивнув им вперёд. Что-то внутри живота затрепетало, а я вдруг осознала, что в совершенно мокрой одежде, мягкий корсет не скрывает затвердевшие вершинки груди, да и перед нижним кружевным бельём юбка тоже бессильна. И если мне было несколько плевать, что в таком виде меня несёт Эверус, завёрнутую в одеяло, то предстать вот так перед его величеством показалось мне невозможным.

Стеснение? Не только оно! Я боялась, что если он меня такой увидит, то пути назад уже не будет… боюсь, что я сама могу спровоцировать его.

Мы встретились с его величеством глазами. Казалось, Максимилиан напряжён, как натянутая тетива, но его решительность меня даже подкупала. Он уверенно шагнул к нам и вытянул руки.

— Позволь мне, Дейн.

Я прижалась ближе к Дейну, и этот манёвр заметили оба мужчины. Оборотень улыбнулся шире. В прошлый раз я выбрала Максимилиана, когда прыгала из кареты, а теперь…

Я залилась краской ещё больше. Что подумает обо мне Максимилиан? Лицо короля вытянулось, а мне захотелось провалиться сквозь землю.

— Принцесса только что уверила меня, что помолвка между вами расторгнута, — ухмыльнулся Эверус, и я готова была стукнуть преподавателя. Я же ему как другу пожаловалась, надеялась, что он начнёт меня переубеждать, а он⁈. — Поэтому отойдите с дороги, ваше величество.

Взгляд Максимилиана потемнел. Я уверена, что он сказал бы сейчас не только то, что леди ошиблась, но и то, как далеко послал бы оборотня, но зал огласил клёкот, тут же сменившись едва различимым кудахтаньем. Я посмотрела вверх, на высокие своды холла, где мы сейчас застыли с Дейном, и увидела Синеглазку.